На моём счету сейчас 79 шекелей. И ни одной ложки.

Мириам никогда раньше не просила о помощи. Это - первый раз.

В 2019 году она прилетела в Израиль одна. Семья осталась в Москве, а она выбрала Иерусалим. Работала в детском саду. Помогала репатриантам найти работу под эгидой Министерства Абсорбции. Преподавала в молодёжном центре. Искала своё.

В 2022 году нашла. Выучилась на мастера маникюра, открыла осек, сняла маленькую студию у шука Махане Йеуда. Клиентки приходили снова и снова. Мириам зарабатывала, гордилась своим делом и впервые за несколько лет почувствовала, что в Израиле у неё есть своё место.

А в свободное время учила. Сидур, парашат а-шавуа, законы Шабата, историю еврейского народа. Без пафоса. В какой-то момент стало ясно: всё, что она искала, здесь. В марте прошлого года Мириам прошла гиюр. Раввинский суд пропустил её с первой попытки.

За полгода до окончания гиюра она встретила своего будущего мужа. Хозер бе-тшува, на 12 лет старше, с теми же планами: построить кошерную еврейскую семью. Совпало всё: религия, политика, ценности, чувство юмора. Через полгода он сделал предложение. Через восемь месяцев они поженились, сразу после её окунания в микву. 21 мая должна была быть их первая годовщина.

Потом мужу заблокировали ЛинкедИн за произраильский комментарий. Двадцать лет рабочих контактов и резюме исчезли. Примерно тогда же он приостановил терапию: на неё перестало хватать денег.

Мириам осталась рядом. Поддерживала. Продала рабочее оборудование. Раздала вещи из дома. Они переехали на Кипр, туда, где, как сказал муж, ему станет легче и где они оба смогут вылезти из ямы.

На Кипре Мириам осталась без подруг, без работы, без своих рук, занятых делом. Началась депрессия. Муж работал с утра до ночи и почти не появлялся.

Две недели назад он сказал, что подаёт на развод. Купил ей билет в Тель-Авив. И отправил обратно.

Сегодня Мириам в Иерусалиме. Временно живёт у знакомой - но это «временно» не растягивается. На её счёте 79 шекелей. У неё нет ни тарелки, ни одеяла, ни инструмента, ни студии.

Что у неё есть - профессия, которую она любит и в которой она хороша. Клиентки, которые помнят её и готовы вернуться, как только она снова откроет двери. План. И понимание, что выкарабкаться можно, если есть с чего начать.

Нам нужно помочь ей продержаться до момента, когда студия снова заработает. Дальше она сможет сама.

Что покроет сбор:
— первый месяц аренды и залог
— еду на ближайшие недели
— больничную кассу, телефон, бухгалтера, битуах Леуми
— еженедельные сессии с психологом, без которых сейчас не выжить
— минимальный набор для возобновления работы: рабочее место, инструменты, материалы

Мириам выбрала быть еврейкой. Прошла гиюр. Приняла Израиль как дом. Осталась здесь, когда всё рухнуло, и не уехала обратно в Москву. Сейчас её очередь попросить. И наша - ответить.